Книга-юбиляр: «Черному Дьяволу» И.У. Басаргина – 50 лет!

В 2020 год исполнилось пятьдесят лет со времени выхода в свет повести Ивана Ульяновича Басаргина «Сказ о Черном Дьяволе» (журнал «Молодая гвардия», № 7, 1970 г.; тираж – 300 000 экземпляров).  

Это произведение стало судьбоносным для автора – первым шагом в большую литературу. По рукописи этой первой повести Басаргин был принят в Союз писателей СССР (случай исключительный!) и рекомендован на Высшие литературные курсы при Литературном институте им. А.М. Горького (Москва).

В статье «Я вижу всю Россию…» журналист Владимир Михайлович Попов писал: «Сказ о Чёрном Дьяволе» содержит в себе элементы экзотики, приключенческие мотивы. Но все же суть этого произведения – единство человека и природы, выраженное через единого героя, объединяющего вокруг себя остальных, – через умного пса».

Повесть написана в сказовой манере, в ней показаны некоторые звериные черты в характере и поведении людей и верность, преданность полупса-полуволка, который связал все отношения людей, проявил их, и каждому, повлиявшему на его судьбу, воздал по заслугам.

Образ главного героя Шарика–Хунхуза–Бурана–Чёрного Дьявола собирательный, пёс наделен рядом качеств, присущих человеку (приём антропоморфизма). С помощью этого персонажа Басаргин выявляет истинную суть людей: доброту Груни Маковой (первой хозяйки щенка, давшей ему кличку Шарик, впоследствии жены Степана Безродного), неразделённую любовь к Груне жителя села Божье Поле, соседа Безродных – Федьки Козина; жестокость и звериное нутро второго хозяина пса – убийцы корневщиков, купца Степана Безродного, давшего псу кличку Хунхуз, издевавшегося над ним, требовавшего от него покорности.

В образе охотника и следопыта Макара Булавина, как отмечал сам автор, он показал таёжную мудрость, таёжную доброту, когда человек живёт не ради себя, а ради людей. Во время бурана Макар спасает погибающего пса, выхаживает его, даёт ему кличку Буран, и пёс отвечает человеку лаской, верностью и преданностью. Позже Макар выкупает Бурана у Безродного, который, побывав на пасеке Макара, узнаёт пса, прозванного им Хунхузом, требует вернуть.

После гибели Макара Булавина, пёс остаётся в тайге, становится вожаком в стае волков. Жители, напуганные его неожиданными набегами в деревню и невероятной способностью уходить от облав, дают ему новое прозвище – Чёрный Дьявол.

Книга полюбилась читателям разных возрастов. Со всех концов страны приходили в редакцию отзывы на эту книгу. Так, школьница из Пулково Юля Ермолаева в своём письме в редакцию просила сообщить ей адрес писателя и отмечала: «Меня потрясла народная повесть о судьбе полусобаки, полуволка. Я вас умоляю (подчеркнуто двумя чертами) печатайте, пожалуйста, побольше таких повестей. С тех пор, как прочитала эту повесть, я твердо решила: моя самая любимая книга – это «Сказ о Чёрном Дьяволе» и мой самый любимый писатель – Иван Ульянович Басаргин». Читатели отмечали, что повесть в чём-то созвучна для них со сказами П.П. Бажова: «то ли музыкой слова, то ли глубокой проникновенностью, которой дышит каждая строчка», что язык повести «сочный, образный, не просто рассказывающий занимательные истории, но живописно рисующий картины природы, жизнь человека, мир его души». Филолог Николай Максимович Петренко восторженно отозвался о повести писателя-приморца: «Ваша повесть гениальна! …Видишь всё то, что Вами написано. Я считаю умение художника заставить читателя увидеть сказанное величайшим даром. Вы им обладаете в самой высокой мере. Очеловечивание зверя и, напротив, бестиализация человека Вами показаны бесподобно. Вы Вашими руками сотворили шедевр».

В 1971 году издательство «Молодая гвардия» в серии «Молодые писатели» выпустило повесть отдельной книгой уменьшенного формата тиражом 100 000 экземпляров. Также книгой уменьшенного формата в 1971 г. выпустило повесть под названием «Черный Дьявол» Западно-Сибирское издательство (тираж 100 000 экземпляров). В том же 1971 году эта повесть, под названием «Чёрный Дьявол» в сокращенном варианте, составила основу сборника «Волчья ночь», вышедшего в Дальневосточном издательстве (тираж 15 000). Тиражи по современным меркам гигантские! Книги раскупались очень быстро. К настоящему времени они являются библиографической редкостью.

Известный болгарский писатель и публицист Борис Крумов, заместитель главного редактора издательства «Народна младеж» (София), предложил Басаргину перевести его повесть «Сказ о Черном Дьяволе» на болгарский язык и выпустить отдельной книгой в издательстве «Народна младеж», что и осуществилось 45 лет назад – в 1975 г.

Повесть И.У. Басаргина была настолько популярна, что в 1981 году Западно-Сибирское издательство вновь издаёт её, поместив в сборник роман «В горах Тигровых», но сохранив название повести. Книги и этого издания, вышедшего тиражом 50 000 экземпляров, стали библиографической редкостью.

В 2008 г. по инициативе сотрудников библиотеки им. И.У. Басаргина «ВЦБС» и финансовой помощи генерального директора компании «RUSTEEL» Павла Владимировича Пацвальда состоялось переиздание повести «Чёрный Дьявол», выпущенной в рамках программы В. Тыцких «Народная книга», серия: «Проза. Лучшие книги о земле Приморья» (с иллюстрациями Джона Кудрявцева). Экземпляры этой книги с прекрасным предисловием к изданию известного приморского Владимира Михайловича Тыцких имеются во всех филиалах Владивостокской библиотечной системы.

О прообразе села Божье Поле в повести «Сказ о Чёрном Дьяволе»

Село Богополь Кавалеровского района – это село Божье Поле в повести «Сказ о Чёрном Дьяволе». По этому поводу нет других мнений. Помимо сходства с реальным описанием ландшафта тех мест, где расположено село, существуют местные легенды и воспоминания старожилов, в которых отмечается возникновение названия первично именно как Божье Поле.

Приведем некоторые данные об этом селении.

Село Богополь расположено в 75 км к северо-востоку от поста Св. Ольги, в 32 км к востоку от современного районного центра п. Кавалерово. Основано в 1907 г. на левом берегу реки Тадуши (с 1972 г. – река Зеркальная), в живописной долине с зарослями дуба монгольского.

Первые 10 семей прибыли из разных российских губерний

——————————————————————————————-

Об исторических личностях в повести И.У. Басаргина «Сказ о Чёрном Дьяволе»

Первое большое произведение Ивана Ульяновича Басаргина – «Сказ о Черном Дьяволе» – рассказывает об истории тех мест, где мы живём. Рассказывает о заселении большого Ольгинского уезда, о жизни тех селений, которые сегодня относятся к территории нынешнего Кавалеровского района. Рассказывает о непростых судьбах и тяготах жизни тех людей, которые приехали обживать глухие таёжные места в начале прошлого века. Герои на страницах книги живут в сёлах Божье Поле и Суворово. Сёла Богополь и Суворово есть на карте Кавалеровского муниципального района, упоминается в повести и Кавалерово – сегодняшний административный центр нашего района.

А реальные ли люди живут на страницах «Сказа о Чёрном Дьяволе»?

Внимательно прочитав текст, мы выявили, что в произведении упоминается 62 имени. Все ли они вымышлены автором? Исследование показало, что Фёдор Козин, Груня Макова, Степан Безродный, Макар Булавин и многие другие являются литературными героями. Но на страницах повести упоминаются и исторические личности. Их немного, всего семь. Некоторые из них известны по российской истории – это царь Алексей Михайлович Романов и патриарх Никон. Ещё два человека связаны с историей освоения и заселения Дальнего Востока: мореплаватель Геннадий Иванович Невельской и предприниматель Юлий Иванович Бринер. Упоминаются в книге и реальные люди, которые жили в Ольгинском уезде. О них мы узнали во время экскурсий и консультаций в Кавалеровском краеведческом музее. Это Феодосий Силин – первопоселенец села Перминка (Пермское), Фёдор Пополитов – основатель деревни Кавалерово, Ломакин – один из первопоселенцев села Богополь, её староста.

Расскажем о реально существовавших личностях более подробно.

На страницах книги рассказывается не только о заселении и освоении земель дальневосточных, но и о трудной судьбе приверженцев старой веры – старообрядцев, которые одними из первых осваивали уссурийскую тайгу, обрабатывали земли, строили дома и создавали новые деревни. И для того чтобы точнее объяснить причины православного раскола, историю гонения старообрядцев писатель вводит в текст книги исторические личности, которые связаны с этим событием.

Алексей Михайлович Романов (1629–1676) – второй русский царь из династии Романовых, имевший прозвище «Тишайший», как его иногда называют «Тишайший царь бунташного века». Стал править в 16 лет. Время его правления характеризуется целым рядом экономических, политических и религиозных кризисов, но ему, так или иначе, удавалось выводить страну из трудного положения.

В царствование Алексея Михайловича произошёл раскол Русской Православной Церкви, что повлекло возникновение старообрядчества.

На страницах книги упоминается и имя патриарха Никона (1663-1664; официальный титул «Божиею милостию великий господин и государь, архиепископ царствующаго града Москвы и всеа великия и малыя и белыя России и всеа северныя страны и помориа и многих государств Патриарх»).

Церковные реформы патриарха Никона были направлены на изменение существовавшей тогда в Русской Церкви обрядовой традиции в целях её унификации; они привели к расколу Русской церкви, к кардинальным изменениям в религиозном устройстве России.  

Геннадий Иванович Невельской (1813–1876) – российский мореплаватель, адмирал, исследователь Дальнего Востока.

Потомственный морской офицер. Его всегда привлекал Дальний Восток. Его изучению посвятил всю свою жизнь. Открытия, сделанные им, стали бесценным вкладом в развитие географии в России и дальнейшее покорение дальневосточного региона. Основатель города Николаевска-на-Амуре. Он доказал, что устье Амура доступно для входа морских судов и что Сахалин – остров.

Имя Геннадия Ивановича Невельского встречается в книге, когда идёт речь об основании села Пермского на Амуре и переселении Феодосия Силина в залив св. Ольги. «Заложили село Перминку на Амуре, но и там не понравилось неспокойному старику, решил уходить к морю, позвал его к тому же Невельской – люди Невельского строили на берегу моря, в устье Амура, крепость. Геннадий Иванович, царство ему небесное, направил Феодосия в бухту Ольга» [1, с. 35].

Бринер Юлий Иванович (1849–1920)) [4]

В тексте повести есть две фразы, по которым можно безошибочно определить о ком из Бринеров идёт речь: «Слышал, на Тетюхинском руднике Бринера бунтовали горняки? Так бунтовали, что Бринеру пришлось бежать в город за подмогой». Одним из создателей и совладельцев Акционерного горнопромышленного общества «Тетюхе», производивших добычу серебро-свинцовых руд являлся Юлий Иванович Бринер – крупный предприниматель и общественный деятель Владивостока, купец 1-й гильдии. Однако пока нет точных свидетельств о посещении Бринером рудников. Скорее, слова о том, что «Бринеру пришлось бежать в город за подмогой» имело фигуральное значение.

Феодосий Маркович Силин – основатель деревни Перминка (Перминка – разговорный вариант, в реальности Пермское) вблизи поста Святой Ольги, глава большого клана переселенцев-пермяков Силиных.

Как свидетельствуют документы, Феодосий Маркович Силин родился в 1815 г. Он был податным крестьянином, то есть относился к одной из групп населения, плативших подушную подать и подвергавшихся телесным наказаниям, выполнявшим рекрутскую и другие натуральные повинности.

В 1859 году вместе со своими сыновьями и односельчанами из Малососновской волости Оханского уезда Пермской губернии двинулся на Дальний Восток, куда добирался больше года на подводах, а по Амуру на плотах и баржах. В 1860 г. стал одним из основателей села Пермского в Софийском округе Приморской области, из которого в 1932 году был образован город Комсосмольск-на-Амуре, а речка (левый приток Амура), протекающая через этот город до сих пор носит название Силинка. В 1864 г. он продал свой дом и огород за 30 рублей и с двумя сыновьями, односельчанами и другими переселенцами на пароходе «Чепых» с баржею спустился до устья Амура, до г. Николаевска, а затем, двигаясь по морю на юг, добрался до основанного в 1860 г. поста св. Ольги и в 1864 г. стал одним из основателей примерно в шести верстах юго-западнее поста Ольги «поселения Пермское, названного так в память покинутой родины».   Правнук основателя села Пермское – знаменитый рудознатец Фёдор Андреевич Силин работал прорабом-проспектором в Сихотэ-Алинской геологической экспедиции ДВФ АН СССР и показал Г.П. Воларовичу оловоносное рудопроявление, будущее Силинское месторождение [6]. Фамилия Силиных увековечена на карте Кавалеровского района, где есть речка Силинка, существовал посёлок геологоразведчиков Силинка, а в 1952 году имя – «Силинский» было присвоено одному из рудников Хрустальненского ГОКа.

К сожалению фотографии Феодосия Силина, не сохранились в архивах.

Один раз упоминается в повести имя Фёдора Дмитриевича Пополитова. В тексте говорится о том, что основателем Кавалерово был Пополитов. А он историческая личность, с интересной и сложной судьбой, герой русско-японской войны 1904-1905 гг., георгиевский кавалер, награждённый солдатским орденом Св. Георгия за сражение при Ляояне, основатель деревни Кавалерово.

Родился Фёдор Дмитриевич в 1878 году в селе Дмитряшевка Дмитряшевской волости Землянского уезда Воронежской губернии (по нынешнему административному делению д. Дмитряшевка Хлевенского района Липецкой области). В 1909 г. Ф.Д. Пополитов приезжает в бухту Ольга, приписывается, получает земельный надел на переселенческом участке Лудео, расположенном в долине реки Тадуши (с 1972 г. река Зеркальная). Покупает лошадей, инвентарь, строит дом на левом берегу одноимённой речки, впадающей в реку Тадушу в районе стодвадцатиметровой известняковой скалы и начинает заниматься сельским хозяйством. «С весны 1910 года к Пополитову начинают подселяться крестьяне-переселенцы, которые и образовали новое сельское общество под названием «Кавалерово», а Фёдора, как человека знающего, опытного, грамотного, участника войны и кавалера солдатского Георгиевского креста и даже побывавшего за границей (работал в 1906 – 19008 гг. на Аляске на золотых приисках), выбирают первым кавалеровским сельским старостой» [3]. Жизнь и судьба Пополитова сложились неоднозначно. Он уезжал из Кавалерова и возвращался в деревню, которая стала ему родной. И хотя на сегодня в посёлке не осталось его родственников, но память о нём жива. В начале 90-х годов новая улица в посёлке Кавалерово была названа именем Ф. Пополитова. Она небольшая, но она всё-таки есть.

К столетию основания Кавалерово в центре посёлка был установлен памятный знак в честь кавалера Георгиевского креста. 

И ещё одно реальное лицо упоминается на страницах книги – Ломакин, старшина (в других вариантах текста повести – староста) деревни Божье Поле. В реальности старостой деревни Богополь был Зосим Евменович Ломакин, он есть в списке первопоселенцев села Богополь. Приехал он из Черниговской губернии в 1907 году. Но в Повести «Сказ о Чёрном Дьяволе» автор изменил его имя и отчество. 

Тема исследования оказалась очень интересной. Мы с удовольствием работали над ней. Материалы исследования могут быть использованы во время тематических экскурсий по жизни и творчеству И.У. Басаргина, по истории Кавалеровского

района в краеведческом музее, на уроках литературы, истории и внеклассных мероприятиях.

Иллюстрации к повести И.У. Басаргина «Сказ о Чёрном Дьяволе»  

Но пароход шёл, изнывая от стонов и криков людских, пропах он сермяжным духом и потом. Тяжело ухал в провалы волн, надсадно выползал на них. Тяжко старому пароходу. Тяжко людям на нём. У всех осоловели глаза. Ничто не радует: ни будущая воля, ни земля. Всех задавила качка.

Безродный метнул ревнивый взгляд на Груню, потом на Ваську, шагнул к собаке. Хунхуз напрягся, подался назад, и не успел Безродный взмахнуть плетью, как он сильно прыгнул на него. Ошейник лопнул, грохнула цепь. 

Груня взяла на мушку суровую складку между бровей Степана. Безродный про себя отметил, что правильно сделала, — пуля пройдет через голову. И всё.

Ныло плечо, правая лапа распухла, и нельзя было на неё наступить. Заковылял на трёх, сам не зная куда. Шёл, чтобы не замёрзнуть, чтобы не погибнуть в тайге. Вышел на тропинку охотника, обнюхал его след, правда, он уже почти выветрился. Однако пёс пошёл тропой. Шёл день, шёл ночь, снова наступил день, а пёс всё шёл. Инстинкт вёл его к человеку, инстинкт подсказывал, что только там можно найти спасение. Волчий зов уступил место собачьему. 

Пёс слонялся по пасеке, грёб лапами старую листву, дремал на смолистых стружках, томился. Он не раз подходил к Макару, смотрел в его глаза, приседал на передние лапы, лаял, звал в тайгу. Макар журил:

– Ну чего тебе не сидится? Нет сейчас охоты: зверь худой, пушнина полиняла. Сиди дома.

Но Буран не захотел сидеть дома. Ранним утром он убежал в тайгу. Макар встревожился, хотел идти искать его. Но пёс вернулся, и не один. Он нёс на спине убитую им косулю.

Пёс ощерил зубы, готовый прыгнуть на Хомина. Не прыгнул, отошёл и лёг у забора, блестел оттуда горящими глазами.

Дьявол устал. А тут ещё ветер, буря. Он осмелел и вошёл в фанзу, следом вошла стая. Волки во всём верили вожаку.

– Эх, Груня, любил я тебя, может, и сейчас люблю, – погрустнел Федька. – А что скажут люди? На дармовщину, скажут, позарился? Ведь всё, что есть у тебя, нажито с крови людской.

– Тебя богатство беспокоит? Так я раздам его людям, приду к тебе нищенкой. Возьмёшь ли после этого? Начнём жить с мотыги.

– Начать жизнь с мотыги… Это хорошо ты сказала. Но не в том дело, Груняша. Не в том. Просто мне надо душой переболеть. А так, сразу… Нет, не могу. Не судьба, видно, нам жить вместе.

– Ну и на том спасибо, что правду сказал. Прощай. Может, когда и встретимся…

Волк выл на одном месте. Это чуть озадачило охотника. Тем более что после воя раздался предупреждающий рык. Значит, зверь слышал человека. Фёдор обошёл полуразрушенную кабарожью изгородь, увидел в проходе петли, возмутился. Кто же забыл убрать на лето петли! Фёдор раздвинул куст таволги и в полусотне шагов увидел чёрного волка. Он сидел в петле.

——————————————————————————————-

Роль пейзажа в повести И.У. Басаргина

«Сказ о Чёрном Дьяволе»

В изображение картин природы в художественном произведении каждый писатель вкладывает своё видение. Пейзаж («изображение природного окружения человека и образ любого незамкнутого пространства внешнего мира») является важнейшим компонентом повествовательной структуры произведения. Пейзаж может служить фоном, на котором разворачиваются события, отражать особенности местности; может соответствовать чувствам, мыслям, внутреннему состоянию персонажей, быть препятствием на пути героев; природа может выступать как действующий персонаж, а может быть чем-то вечным, непоколебимым в противовес человеку.

Какова же роль природы, особенности пейзажных зарисовок в разных главах книги И.У. Басаргина «Сказ о Чёрном Дьяволе»?

Анализ произведения показал, что в динамичном сюжете повести картин природы немного и они выполняют разную роль.

С одной стороны, автор подводит к мысли, что великая природа на огромной, не освоенной ещё человеком территории, живёт своей жизнью, а человек со своими стремлениями, жестокостью, несчастьями, заботами – живёт своей жизнью.

«Медленно, медленно падал с серого неба снег. Кружился, мельтешил, оседал на сопки. Безродный, истекая кровью, гнал коня к тракту» [1, с. 137].

«К ночи над сопками забродили тёмные тучи, повалил снег – липкий, мохнатый и до того густой, что в трёх шагах человека не видно. А через пару часов сорвалась буря, чёртом налетела на маленький домик, тряхнула его в неистовой злобе, грохнула неприкрытой дверью в сенях. А Макару наплевать на бурю. Он накрылся с головой пуховым одеялом и знай себе спит под этот вой и рёв» [1, с. 117].

«Сильно грело весеннее солнце. На деревьях показалась первая зелень. В кустах на все голоса заливались птицы. Трезвонили первые жаворонки в небе. Но ничто не радовало. Куда пойти? У кого просить помощи? [1, с. 44] В данном случае пейзажная зарисовка и настроение героини, её переживания составляют антитезу. Очень тяжёлое время:

существование на грани голодной смерти Маковых подчеркивается с помощью контраста: безысходность в положении героини на фоне торжества жизни и красоты в природе.

«Первые золотинки появились на листве берёзок, чем-то схожие с первой сединой на висках, лёг густой загар и на листья клёнов. Тишина и таинственность… Первым я беру Козина, а остальных мы доколотим потом, – приказал Безродный» [1, с. 178].

«А горы голубели, горы нежились в мирной дремоте, и не было им дела до того, кто кого убил» [1, с. 180].

«Тайга жила по своим законам. И мир людей жил по своим законам» [1, с. 48].

В конце повести есть эпизод, где состояние природы созвучно состоянию героя. Но этот герой полуволк, он – часть природы. «В жарком воздухе носилось что-то тревожное. Дьявол ночами выл, словно предчувствуя беду» [1, с. 190].

С другой стороны, пейзаж помогает понять характеры героев, их чувства и стремления. Так, человек с сильной волей, Макар Булавин, который перенёс множество ударов судьбы, но находил в себе силы жить и помогать людям, не сдаётся, идёт вперёд в бурю, когда уже силы кончаются, а буря крепчает. И человек оказывается сильнее бури, потому что ему нужно помочь жившему в нищете Хомину, у которого тринадцать детей. «…буря оказалась быстрее его. Села ему на плечи, придавила. Среди деревьев носились бородатые тени, будто духи подземелья вышли на свой дьявольский шабаш: визжали, выли, с грохотом роняли старые лесины, бросали в лицо лопатами колючий снег… по взбаламученному небу заметалась вместе с бурей безликая луна. Едва приметная, она качалась среди рукастых туч. Ветер продувал козью дошку, огнём жёг щеки, слепил глаза. Макар прикрывал лицо барсучьими рукавицами, бодал ветер харзиной шапкой. Воздух был плотный, как речная вода. И он грёб по нему, шёл по снежным волнам, крутым и упругим» [1, с. 99].

Купец Безродный жесток и бесчеловечен. Ему не жаль никого и ничего. Это проявляется во всём. Например, чтобы доказать себе, что он великолепный стрелок, он не задумываясь убивает владыку уссурийского неба – орлана. «Безродный вскинул винтовку, тщательно прицелился и выстрелил. Орлан сложил крылья и камнем полетел к земле. Рухнул на каменный бок сопки и, скатившись вниз, распластал метровые крылья на снегу» [1, с. 190].

Пейзажные зарисовки в повести помогают понять отношение к тайге переселенцев из разных регионов. Ещё на первых страницах повести автор показывает, что переселенцы из центральных чернозёмных районов России и с Украины воспринимают тайгу враждебно. «Калина, злой на тайгу и зверьё, метал головёшки в кусты, пока не занялся пожар. Но Гурин с Федькой наломали веток и затушили огонь.

– И зачем поджигать тайгу? Ведь это всё наше…

– Я за своего жеребёнка всю тайгу спалю. На что она мне? Вместо этих сопок пашни бы, всё бы перепахал» [1, с. 34]. И такое отношение к тайге является прямо противоположным отношением к жизни в таёжных дебрях русских старообрядцев.

Пейзажная зарисовка может быть созвучной душевному состоянию героя, как например, это показал автор в описании гармонии в жизни Макара Булавина и Бурана. «А вечера в это время какие-то особенно звонкие. Уркнет перекат, вздохнёт сонный плёс, тихо прошуршит листвой липа – слышно; а за деревней кто-то кричит Жданку – корову. Над рекой кудрявятся туманы, плывут на закат неспешные тучи… Солнце зашло за сопку. Ещё сильнее запахло липовым мёдом, тайгой и рекой. В кустах заливался уссурийский соловей. Мимо пролетали на свой ночлег вороны.

К Макару подошёл Буран, положил голову на колени, закрыл глаза» [1, с. 129].

Через пейзаж автор показывает одиночество и опустошённость героини повести Груни Маковой.

«Открасовалась осень цветастыми сарафанами, сдули ветры с тайги дорогой наряд, голым-голёшенька стала она. Вот хотя бы осинка, что выросла на взлобке, под тенью кедра, холодно и грустно ей. На сучке остался один листок, трепещет и рвётся на ветру, улететь хочет в хмуроватую синь сопок. Но не отпускает его осинка. Держит. С ним не так одиноко…

В дорогую шубку из колонка одета Груня, на плечах пуховая шаль, на ногах лёгкие унты из камуса, перчатки из замши. Раскраснелись на ветру щёки. Но не грела её шубка, ничто не грело. Холодно ей от одиночества. Как той осинке на взлобке. Очень холодно. Измаялась в неведении Груня» [1, с. 61]

На основании приведенных примеров можно сделать вывод, что пейзаж в повести передаёт и зрительные представления картин природы, и эмоциональное состояние героев. Как было показано выше, пейзаж в повести в некоторых эпизодах играет роль фона, на котором происходят события, и иногда это может быть выражено всего лишь двумя-тремя точными и образными предложениями. Пейзаж может быть созвучен психологическому состоянию героя или противопоставляться ему, создавая у читателей то настроение, которое предполагал автор. Использование в повести пейзажных зарисовок помогает читателю понять самобытное авторское восприятие и понимание многих моментов и ситуаций. А некоторые пейзажные зарисовки в сопоставлении с жизнью людей наводят на философские размышления.

——————————————————————————————-

Тема охоты в повести И.У. Басаргина

«Сказ о Чёрном Дьяволе»

В произведениях известного приморского писателя Ивана Ульяновича Басаргина, повествующих о заселении и освоении таёжного Приморья, отношение к охоте, способы охоты показаны как неотъемлемая часть жизни переселенцев.

В повести «Сказ о Чёрном Дьяволе» отмечено, что природными охотниками были старообрядцы – жители основанных ими сёл Каменка, Какшаровка (в реальности Кокшаровка), которые столетиями жили в таёжной местности, были «рождены в тайге, жили тайгой». «Конечно, так, как живут наши староверы, никому не зажить. Те хлеб сеют, но главный упор у них тайга. А уж охотники они все один другого лучше. Белку в глаз, утку из винтовок на лету хлещут. Стрелки» [1, с. 109]. Старовером был и герой повести Макар Булавин, который знал все тайны охоты. Большинство эпизодов повести, в которых говорится об охоте связаны с ним. Из них мы узнаем, что на охоте с собакой, обычно собака бежала «чуть впереди, человек следом» [1, с. 188], что добывали пушнину (колонков и соболей) при помощи ловушек и капканов, а белку – ружей. Макар знает все тайны охоты, поэтому в его ловушки зверьки идут без опаски, а когда идёт по тайге, звери его не пугаются. Об этом Макар рассказывает своему другу – спасённому им псу Бурану, сравнивая себя с неумелым охотником Злобиным. «Почему мне в ловушку прут колонки, а за горой такие же ловушки наставил хохол Злобин, но в его идут с опаской? А потому, что Злобин не знает таинств охотничьих. «Я ить свои насторожки выварил в валерьяновом корне, капканы проварил в пихтовой хвое, да и ловушки делаю неприметными. А он, дурило, натесал светлых поленьев, зверь сразу видит, что тут что-то неладно. Я же навбивал колья без протёски. Все под цвет тайги. Сверху бросил хвою, снегом припорошило, и не понять, то ли это человек делал, то ли это просто залом. Изюбры ходят стадами, а он добыть не может. А по мне, добыть изюбра раз плюнуть. Лишь бы ты его первым увидел, а не он тебя. И подходить к нему нужно походкой рыси, чтобы шаг свой даже сам не слышал. А Злобин ходит по тайге, будто медведь испуганный бежит» [1, с. 110].

Макар, как и многие таёжники, хоть и жалеет маленького безрогого оленя – кабаргу, но охотится на неё старым, довольно жестоким способом: делаются изгороди, в которых ставятся петли. В эти петли попадают не только самцы, у которых есть мускусная железа, но и самочки. Макар «подправил старые изгороди, построил несколько километров новых, в проходах наставил множество петель на кабаргу.

Кабарожка живёт в ельниках и шаломанниках, зверь маленький, но чуткий, из берданы трудно добыть. Редко на глаза попадёт, мелькнёт – и нет её. Только и можно отловить петлями» [1, с. 135].

Но Макар так же, как и другие истинные охотники, всю жизнь живущие в тайге, соблюдал таёжные законы: не бить животных без числа, не охотиться в период, когда у зверей появляется потомство. «Кончался февраль. Были дни, когда с крыш падала звонкая капель, зависали сосульки с крыш… Макар снял капканы, спустил ловушки. Хватит. У белки начался окот, линяли колонки, соболи. Зачем зря зверьков портить» [1, с. 116]. Даже своей собаке Макар объясняет, что во время окота нельзя давить самок. «Пойми, дурья голова, ить это самка, а она сейчас на сносях. Родит, може, одного, а може, двух телят. Знать, их будет три… Пусть живёт. В такую пору мы сроду не стреляем самок. Пойми, сроду. Если бы стали стрелять всех подряд, то через десяток лет стрелять бы было нечего [1, с. 118-119].

Переселенцы из лесостепных и степных районов были земледельцами. Тайги боялись, об охоте в ней не имели представления. Но из-за плохих урожаев, чтобы выжить на новых землях, некоторым из них пришлось осваивать охотничьи премудрости. Об этом предупреждал новосёлов старшина деревни: «Готовь сына для тайги. Земля землёй, тайга тайгой» [1, с. 38]. Некоторые из вновь прибывших крестьян стали неплохими охотниками, например, переселенец с Тамбовщины Фёдор Козин. Большой доход приносила добыча пантов – молодых рожек изюбров, которые очень ценились в китайской медицине.

Ещё из текста повести мы узнаём об охоте на волков в Приморье при помощи капканов и загоном, об охоте на тигра, о стоимости пушнины более ста лет назад, о выделке шкурок и о том, что тайга в те годы была полна зверем.

Читая повесть, чувствуешь, что написана она потомственным таежником, охотником и знатоком этих мест.

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Яндекс.Метрика